kuzulka (kuzulka) wrote,
kuzulka
kuzulka

Category:

Египет, часть 4, продолжение.

29.10.06, вторая экскурсия.

 

После ланча мы, предводительствуемые Ахмедом, понеслись дальше. Нас опять усадили в микроавтобус и повезли в Карнак. Этот храм впечатляет даже подготовленного, бывалого туриста. Дело в том, что это не один храм, а огромный храмовый комплекс, построенный во имя главного бога – Амона (он же Ра). Начал это Аменхотеп Третий, а все последующие продолжали с большим энтузиазмом. Каждый фараон поздних династий, восходя на престол, считал своим долгом что-то построить в Канаке. Отметились все, включая моего любимца Рамзеса Второго, которого я и запомнила лучше всех только благодаря его гигантомании в строительстве. Продолжалось это все до начала греко-римского периода.

Храм Карнака когда-то был соединен с Храмом Луксора большой аллеей, вдоль которой находились Сфинксы, но сейчас эти два храма отделены современными постройками центральной части города Луксора. В настоящее время аллею потихоньку раскапывают со стороны Люксорского храма, но ее протяженность – больше трех миль, так что восстановят ее не скоро. Но само по себе сооружение – я имею в виду Кармакских храм – потрясающе огромное. И очень красивое, но красота гиганская, подавляющая. В самом большом зале (раньше был крытым, но крыша не сохранилась) установлены 134 гигантские колонны, очень богато украшенные. Говорят, что на основании каждой колонны может уместиться 40 человек, и это похоже на правду. Это место было самым главным святилищем Древнего Египта во времена последних династий.

Еще в Карнаке были обелиски – сохранилось их только два, а было девять. Их растащили по всему миру, один в Париже, один в Лондоне, еще один где-то в Америке, про остальные не помню.

Когда проходишь анфиладу храмов насквозь, выходишь к большому бассейну, в котором фараон и верховные жрецы совершали омовение перед богослужением. На берегу стоит железная статуя скарабея (это такой неприятный навозный жук) на большом каменном постаменте. Вокруг статуи хороводом ходят туристы – есть поверье, что чем больше ты будешь нарезать круги вокруг насекомого, тем счастливие будешь в жизни. Для удачного замужества, кстати, достаточно трез кругов, а вот для хорошей женитьбы надо сделать семь. Мы дождались, когда толпа брачующихся схлынет, подошли посмотреть и потрогать, но кругов нарезать не стали – решили, что у нас и так все хорошо. Джон, кстати, бегал вокруг жука, когда думал, что мы его не видим. Чтобы мы чего-то не увидели...

На противоположном берегу бассейна выстроены трибуны для свето-музыкального шоу. Джон уже был на подобном, сказал, что это здорово, поэтому мы договорились непременно сходить. Стас поснимал панораму с трибуны и мы побрели к выходу искать нашего гида. Я заметила, что у всех гидов, которые нас сопровождали, подход был один: краткая лекция по существу предмета, свободное время для осмотра и фотографирования, вопросы-ответы. Мне такая система понравилась, только вопросы по-английски формулировать трудно.

Встретив Ахмета, мы направились на поиски нашего микроавтобуса, чтобы ехать в Люксорский храм, с котоыс, кстати, вышла забавная история – он был случайно обнаружен менее 100 лет тому назад, его раскопки продолжались более 2-х лет. Он тоже очень хорош собой, но не так подавляет величием, как Кармак. На главном пилоне этого храма изображены картины празднования победы Рамзеса II над каким-то диким народцем. Один из двух обелисков, созданных в честь этого события, находится здесь, другой в Париже. Вообще, если посмотреть вокруг, весь Египет растащили на сувениры.

Ахмет сказал, что это – его любимый храм, и обещал, что на месте объяснит, почему. Честно говоря, у меня к этому моенту наступило состояние некоторого пресыщения и тупости, поэтому я вяло тянулась за остальными товарищами и гида слушала в пол-уха. И зря, как оказалось. Во-первых, Люксорский храм очень хорошо сохранился. Во-вторых, он был первым храмом, святилище которого использовали древние христиане для совершения своих обрядов. В-третьих, прямо на стене храма построена древнейшая в Египте мечеть, и она по сию пору действует. С мечетью вообще вышло забавно – храм был, естественно, занесен песком по самую маковку, поэтому когда народу попалась среди песка относительно ровная каменная площадка, на ней тут же радостно возвели мечеть. А когда много позже провели раскопки, и выяснилось, что мечеть стоит на стене древнего храма, сносить ее никто не стал.

Честно говоря, все эти храмы, колонады и статуи так надежно перепутались у меня в голове, что теперь я сижу и тихончко почитываю древнейшую историю – для внесения ясности в свои ряды. Поэтому если я что-то упустила – в Интернете все есть, просто передирать страницы чужих сайтов в свои путевые заметки не очень хорошо, а в том, что у меня склероз в начальной стадии, никто не виноват.

После второй экскурсии мы приползли на корабль без задних ног. Я чуть не упала с трапа, пыталась сначала остаться на чужом корабле, а потом пройти свой насквозь – за время, пока мы были в городе, к к нашему борту пришвартовали еще один корабль, на который я чуть не ушла. Мы на этом месте лишились вида из окна и возможности это самое окно открыть, потому что между кораблями образовалась аэродинамическая труба, в которую потянуло дизельный выхлоп и кухонные запахи. Мы не стали особо убиваться по этому поводу – видами можно любоваться и с верхней палубы, закрыли окно, завесили его шторками и включили кондиционер. Тем более, что это была наша последняя ночь на корабле.

Правда, после душа открылось второе дыхание, так что мы еще до ужина (или обеда, сил нет разбираться) сходили погулять. Сначала мы хотели просто пройтись по набережной – наш корабль, как обычно, оказался у самого дальнего причала, но потом, когда мы дошли до Люксорского храма, наши планы изменились. Мы немного пофотографировали храм – в ночной подсветке он был еще лучше, чем при солнечном свете, а потом свернули в сторону города. Кстати, пока шли по набережной, нашли музей мумификации, открытый аж до 10 часов вечера, но не пошли в него из опасения, что потом нам приснится мумия. Вдоль набережной носятся «лихачи» - коляски, запряженные лошадью. Отбиться от них очень трудно, песня «эх, прокачу!» преследует идущего пешком туриста, многие сдаются и грузятся в пролетку. За нами ехала целая кавалькада извозчиков, умоляющих нас поехать с ними куда-нибудь. Они взывали ко всем нашим чувствам, включая религиозные – один возница спрыгнул со своего экипажа и умолял меня поехать с ним, как истинную христианку, поскольку он – мой брат во Христе и ему надо кормить семью из четырех детей, фотографии которых были мне тут же предъявлены. Но я уже давно все про себя поняла, смягчить мое каменное сердце невозможно.

В городе мы легко и быстро нашли туристический рынок, но покупать ничего не стали, просто взглянули. Причем пошли не в ту сторону и вышли на рынок для местного населения. Некоторое время шли по нему, но потом нам надоела грязь и необходимость все время уворачиваться от мотоциклов и велосипедов, так что мы повернули обратно. По пути нашли еще и отели, в которые нам предстояло переселиться на следующий день – наш «Меркьюр» на набережной, Джона «Меркьюр Инн» – около Люксорского храма. Наш, как ни странно, выглядел получше. Устали мы, конечно, как собаки, сила воли ослабела. Поэтому когда в тихой боковой улочке нам встретились двое молодых людей, кормивших клячу из торбы, и предложивших за пять паундов довезти нас хоть на край света, а не только до корабля, мы сильно упираться не стали и даже подождали, пока клячу запрягут. Кстати, при таком обилии гужевого транспорта нигде на дорогах нет следов его жизнедеятельности. Под хвостом у лошади натянута клеенка, с которой эти самые следы стекают в специально приделанное ведро. Хотя от самих лошадей пахнет сильно, а в местах их большого скопления – так и просто воняет.

Юноша, который управлял экипажем, довольно хорошо трещал по-английски, даже пытался комментировать проносящиеся мимо нас руины, но мы ему вежливо сказали, что уже там были и все это слышали. Когда он довез нас до корабля, я, честно говоря, собиралась дать ему десятку вместо пятерки, но тут этот юный нахал испортил себе все малину. Обращаясь к Станиславу, он завел песню о том, что мы должны не пять паундов, а по пять паундов за каждого, и вообще, наш корабль очень далеко (ехали мы десять минут). Станислав, как он любит, вступил в дискуссию, а мне, как назло, ужасно захотелось в туалет, да и ужин уже вот-вот должен была начаться, от кораблей тянуло вкусными запахами. Я минут пять слушала их препирательства, потом произвела раскопки по карманам и нашла-таки пятерку (повторюсь, я планировала заплатить десятку и она была приготовлена, но от такой наглости во мне вскипело). Я строго сказала, что Стас может пререкаться с этим юношей хоть до второго пришествия, денег у него все равно нет. А юноше я предложила пятерку. Тут он взвыл с новой силой, теперь уже обращасяь ко мне, но я была непреклонна и сообщила ему, что если он сию секунду не заткнется и не возьмет свою пятерку, то он не получит вовсе ничего, а я еще нажалуюсь на него вон тому полицейскому. Поняв, что о нем идет речь, полицейский тут же дисциплинированно подскочил и решительно направился в нашу сторону. Юноша схватил пятерку, сказал нам какую-то гадость на недоступном нам языке и умчался. Полицейский спросил, все ли у нас в порядке, гадость перевести отказался и мы пошли ужинать.

Хорошо, что я, как приличная, переоделась к ужину, поскольку сначала был еще один день рождения в литовской группе с выносом торта, танцами и песнями, правда не так весело, как накануне, потому что французская группа съехала и некому было подбадривать танцующих криками с места и аплодисментами. А потом Джон предложил нам посидеть в баре на третьей палубе, да и Ахмед обещал подойти туда, чтобы проинструктировать нас на завтра.

Вообще, на корабле было хорошо, но помещения общего назначения – бары, холл, ресторан, были просто великолепны. Поэтому сидеть там в мятой футболке, пропитанной конским потом и пустынной пылью было бы неудобно.

Ахмед рассказал нам все в красках и картинах. Оказалось, что забирать нас для переселения в отели будет представитель фирмы (а я уже представила себе, как мы со Стасом катим наш ободраный красный чемодна по набережной, а за нами едут извозчики), и приедет он не раньше 11 утра, так что мы, наконец, сможем искупаться в бассейне и полежать в шезлонгах «если не будет дождя» - это была шутка, дождь в Люксоре бывает один-два раза в год, да и то не всегда. Кроме того, он проинструктировал, какие сувениры где лучше покупать и что сколько стоит. После этого мы обменялись телефонами – на всякий случай, вдруг представитель фирмы не приедет – и электронными адресами, чтобы отослать друг другу фотки, и расстались довольные друг другом.

Сил хватило только на то, чтобы выкурить сигарету на верхней палубе – в каюте не курили, поскольку окно не открыть, а кондиционер не сразу вытягивает дым, сначала он его охлаждает. Запах – непередаваемый. Я чуть не заснула в шезлонге, Стас даже хотел сбегать в каюту за одеялом для меня, но я собрала волю в кулак и доползла до постели.













Фотографии - в обычном месте.



Tags: Путевые заметки
Subscribe

  • Поговори об этом со своим психотерапевтом (с)

    Ужасно быть такой ленивой, как я! Фу, просто фу. Никогда так не делайте. Шаль уже пару месяцев, как связана, фоточки СУ уже неделю, как выдал, а я…

  • (no subject)

    А вообще, на фоне всей этой жизни сурка я поняла внезапно, что по-прежнему не люблю утро понедельника. Вот сегодня, к примеру: проснулась я зачем-то…

  • Про еду

    Вы не поверите, какие это муки ада - заказывать доставку еды. Я уже три часа сижу, чуть головой об экран не бьюсь, пытаясь сообразить, какая еда нам…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment